Интервью

Владимир Сорокин в Украине: Я живу в городе, раздавленном вертикалью власти

.
Владимир Сорокин

Визит знаменитого российского писателя Владимира Сорокина в Украину совпал по времени с визитом российского премьер-министра Владимира Путина. Они практически одновременно пересекли воздушное пространство нашей страны ― причем Владимир Путин высадился в Киеве, а Владимир Сорокин ― в Харькове. Правда, миссии у Владимиров были разные: премьер хотел убедить украинских правителей еще более укрепить отношения с Россией, а писатель ― объяснить читателям, почему от сегодняшней России стоит держаться подальше.

Владимир Сорокин ― автор, не нуждающийся в особых представлениях. Его имя остается на слуху уже не одно десятилетие. Автор романов «Очередь», «Норма», «Голубое сало», «Лёд»… Начав свой творческий путь в 80-е как подпольный московский писатель, не имевший ни малейших шансов опубликовать свои произведения на родине, в 90-е он стал одним из идейных лидеров русского постмодернизма, к концу десятилетия сделавшись и коммерчески успешным автором. Во второй половине 2000-х раскрылся его талант политического памфлетиста, его роман «День опричника» стал злой сатирой на нравы путинской России, потребляющей блага цивилизации в ногу со временем, но душой остающейся в жутких временах Иоанна Грозного. А еще он автор сценариев к кинофильмам, пьес и даже либретто к опере «Дети Розенталя».

Сорокин, как говорят французы, ― «анфан террибль» современной русской словесности, его творческий метод, практически не допускающий ограничений в выборе тем и выражений, свободно играющий с историческими и политическими реалиями, неоднократно вызывал гнев не только консервативной критики, но и властей ― в 2002 году Сорокина судили по обвинению в порнографии за его роман «Голубое сало», а прокремлевские хунвейбины из движения «Идущие вместе» сожгли его произведения в бутафорском унитазе.

В Украину Сорокин приехал не просто так ― в издательстве «Фолио» вышел первый перевод его произведений на украинский язык ― романа «День опричника» и сборника новелл «Сахарный Кремль». Обе книги написаны в жанре антиутопии, действие их происходит в России будущего, где правит новая опричнина, реалии которой подозрительно похожи на властную вертикаль современной РФ. Любопытно, что поддержали идею перевода на «мову» антипутинского памфлета, с украинской стороны ― отставной замглавы Нацбанка Александр Савченко, с российской ― Фонд Михаила Прохорова, прокремлевского миллиардера (тут есть забавный парадокс ― распорядителем фонда является сестра Прохорова, которая всячески поддерживает российскую либеральную оппозицию).

Произведения Сорокина переведены на 20 языков, включая китайский. Теперь в эту «языковую семью» вошел и украинский перевод, осуществленный молодым литератором из Харькова Сашком Ушкаловым. В перерывах между автограф-сессиями и встречами с читателями в Харькове нам удалось задать Владимиру Георгиевичу несколько вопросов.

― Владимир Георгиевич, как Вы относитесь к факту перевода Ваших произведений на украинский язык?

― Я очень удовлетворен и как писатель, и как филолог-любитель, и как библиофил. У меня давно была мечта, еще в 90-е, чтобы на украинский язык был переведен мой роман «Голубое сало». Но литературной судьбе было угодно, чтобы первым стал «День опричника». Этот роман уже переведен на 20 языков. Вот теперь и на украинский перевели.

― А Вы уже читали перевод?

― Я вчера вечером прилетел в Харьков и в отеле ночью читал, получил большое удовольствие. Переводчика я, к сожалению, до сих пор не встретил лично, мы разминулись, он за пределами Украины.

― Нужен ли был украинский перевод? Ведь все заинтересованные лица в Украине уже прочли роман на языке оригинала?

― Вопрос риторический. А зачем переводить «Улисс» Джойса на румынский или на русский? Но, тем не менее, в этом есть необходимость. Несмотря на то, что перевести контекст практически невозможно, задача хорошего переводчика делать именно это. И я очень надеюсь, что доживу, когда выйдет на украинском языке «Голубое сало» в адекватном переводе. Хотя и не завидую переводчику.

― В Киеве Вы будете одновременно с Владимиром Путиным. Не коробит такое соседство?

― А нам с Андреем Курковым (Курков сопровождал Сорокина в туре ― ред.) поступало приглашение присутствовать на кадетском балу, где будет Путин. Мы отказались. Как-то не танцуется.

― Евразийский союз молодежи, организация явно прокремлевская, называла реальность, описанную в «Дне опричника», образцом для подражания. Да, мол, мы опричники и гордимся этим. Какую реакцию Вы прогнозировали, когда писали свою антиутопию? Как вообще пришла в голову эта гениальная параллель с опричниной?

― Разумеется, многое было навеяно путинской Россией. Надо сказать, что «День опричника» ― это книга, которая писалась довольно быстро. До этого пять лет я работал над «Ледяной трилогией». И довольно-таки подзамерз от нее. Мне хотелось написать карнавальное и горячее такое, ярмарочную, народную книгу, в которой бы сочетались жестокость и юмор. Когда в 16 веке казнили на площадях, то Иван Грозный очень хохотал, и вместе с ним хохотало окружение, и народ был вынужден хохотать. Это такая русская традиция сочетать насилие и смех. Я как раз хотел это выразить в этой книжке. Никаких других целей я не ставил. Но когда она была написана, мой приятель историк Борис Соколов сказал: «Ты написал нечто подобное магическому заговору, чтобы это не случилось в России». Мне это понравилось, я об этом честное слово и не думал. «Опричник» был написан в 2006-м, прошло четыре года, и тот же Боря Соколов говорит мне, уже более грустно: «Ты знаешь, мне кажется, ты все-таки написал предсказание». Я как литератор радуюсь этому, но как гражданин не очень.

― Ваша повесть «Метель» как будто бы замыкает трилогию из мира неоопричников, и в то же время полностью выбивается из ряда того, что было написано Вами в последние годы…

― На самом деле, это моя старая мечта ― написать безнадежную русскую повесть о зимней дороге. И вот она воплощена. Несмотря на то, что действие происходит в будущем и некоторые реалии перекликаются с миром «Дня опричника» и «Сахарного Кремля», я бы не объединял это в трилогию. В этом нет необходимости. Это совершенно отдельная книга.

― В Ваших книгах, что периода «Голубого сала», что «Дня опричника», описывается некое симбиотическое русско-китайское будущее. Вы верите в него?

― Я верю, что у русских и китайцев будут рождаться очень красивые дети. Китайцы вольют новую горячую и здоровую кровь в подуставшую от ХХ века русскую. Этот симбиоз может послужить всеобщему прогрессу. Это уже происходит. Россия предоставила много земли китайцам. Это объективная реальность ― как заполнение пустот водой, это нельзя остановить.

― Ваши впечатления от современной Украины?

― В Украине есть нечто удивительное, что притягивает. Я живу Москве, городе, раздавленном вертикалью власти, где очень жесткие отношения и все меньше человеческого. Попадая сюда, я очень чувствую эту человеческую энергию. Может быть, потому, что рядом Европа, может, потому, что советская власть была у вас несколько другой. Мне очень приятно у вас бывать.

― Вас называют живым классиком. Каково Ваше писательское кредо?

― Либо ты пишешь честно, либо боишься. Іншого шляху немає.

Беседовал Константин Скоркин

оригинал